До этого Ди сидела очень тихо. Даниелла даже забыла, что она вообще находится в фургоне. Каролина, Мэри Бэт и Даниелла болтали всю дорогу. А Ди молча смотрела в окно и к их беседам не присоединялась.

«Подружится ли она когда-нибудь со мной? — размышляла Даниелла. — Преодолеет ли когда-нибудь обиду на то, что она уже больше не единственная солистка в группе?»

Даниелла вспомнила свое первое прослушивание. У родителей Каролины над гаражом было свободное неотделанное помещение. Группа использовала его для своих репетиций. Прослушивание Даниеллы происходило именно там.

Она так нервничала! Хотя знала, что голос у нее хороший. И что она совсем неплохой автор.

Но понравится ли она им?

Встретили ее приветливо. Билли был особенно любезен. Он представил всех, отпуская шуточки в адрес каждого. «Остерегайся Кита, — предупредил Билли, — он кусается».

Руки у Даниеллы дрожали, когда она доставала гитару и готовилась петь.

«Прошу любить и жаловать — Даниелла, — сказал Билли, обращаясь к членам группы, расположившимся кто где по всему помещению. — Когда-нибудь она станет знаменитым композитором».

Помещение было в беспорядке завалено аппаратурой, усилителями, чехлами от гитар и свернутыми в кольца кабельными шнурами. Джоуи, отвечавший в группе за звук, подключил ее гитару к усилителю. И оттопырив большой палец, показал, что все классно.

Остальные улыбались и заинтересованно следили, как Даниелла усаживается на высокий табурет и настраивает инструмент. Все были милы и дружелюбны.

Все, кроме Ди.

Ди с мрачным видом сидела у стены, скрестив руки. Пробить броню ее недовольства было невозможно.

Даже когда Даниелла закончила свою первую песню под аплодисменты и одобрительные возгласы, Ди не шелохнулась. Она пристально, с выражением горечи на лице смотрела на Даниеллу.